На главнуюНаписать письмоrss

Электронный журнал о СМИ






Союз журналистов России
Санкт-Петербургский Союз журналистов
Всемирная Газетная Ассоциация
Фонд защиты гласности
Центр экстремальной журналистики
ИА СеверИнформ / Новости Северо-Запада
Информационный портал для молодых журналистов
Санкт-Петербургская Лига журналистов

Новости масс-медиа

Новости СМИ

  • 31.03.2016 22:47

    В Петербурге убит журналист Дмитрий Циликин


    Дмитрий Циликин найден мертвым в своей квартире ночью 31 марта. По предварительной информации, журналист скончался от полученных ножевых ранений.

    Циликин не выходил на связь с коллегами и близкими с 25 марта. В тот день он должен был сесть на поезд Рига — Санкт-Петербург, однако с тех пор о его местонахождении ничего не было известно. Журналист «Петербургского театрального журнала» Елена Вольгуст 31 марта опубликовала на своей странице в Facebook обращение с просьбой помочь в поисках Дмитрия Циликина. В результате ей удалось связаться с родственниками журналиста, которые и нашли позже тело покойного в его квартире.


    Дмитрий Циликин родился 28 октября 1961 года. В 1982 году окончил ЛГИТМиК. С 1982 по 1990 год служил актером Ленинградского академического театра комедии имени Н. П. Акимова.


    В 1992 году Циликин начал работать в газете «Час пик», где прошел путь от корреспондента до редактора блока «Культура и общество». Работал на телевидении. Был автором и ведущим программ на РТР, Пятом канале и на радиостанции «Эхо Петербурга».


    В разные годы сотрудничал с газетами «Ведомости», «Коммерсантъ», «Московские новости», «Время новостей», «Известия», «Дело», «Деловой Петербург», «Смена», «Новая газета». Публиковался в журналах «Город», «Город 812», «Сеанс», «Петербургский театральный журнал», «Балтийские сезоны», «Стильный», «Собака.ru», Timeout, «Афиша», «Территория бизнеса», «Миг-17», «Театр», Vogue, Elle, «Эксперт», «Профиль» и др. Автор книг «Вопрос ниже пояса» и, в соавторстве с Самуилом Лурье, «Письма полумертвого человека». Дмитрий Циликин был удостоен специальной премии жюри конкурса «Золотое перо — 2001». Входил в экспертный совет театральной премии «Золотая Маска».


    Коллеги и товарищи по журналистскому цеху потрясены убийством Дмитрия Циликина. «Пишу все-таки, чтобы люди, прочитавшие про "убили" и не знавшие его, понимали», - написала на своей странице в Facebook журналист «Петербургского театрального журнала» Елена Вольгуст.

    54-летний журналист Дмитрий Циликин был найден мертвым в своей квартире ночью 31 марта. По предварительной информации, он скончался от полученных ножевых ранений. По факту смерти журналиста возбуждено уголовное дело по статье 105 «Умышленное убийство».

    Лениздат.Ру публикует некоторые из слов, которые были сказаны коллегами о профессионале своего дела и светлом человеке.

    Елена Вольгуст, журналист «Петербургского театрального журнала»:

    - <…> Любимая его реплика «Ты царь: живи один». Гости - не просто абы кто, а люди, прошедшие через его скан, его ПЭТ (новейшего образца). Близкие ему люди. Хватит пальцев одной руки. Никаких запросто «мимо шел, шла». Никаких компаний, пирушек в том творческом, богемном смысле, который присущ 90% творческих людей любого возраста. Поэтому информация про «убит» не вмещается в мою голову напрочь. И не только в мою. Дима не был богат. Кто мог к нему войти в дом? КТО могли быть эти подонки? Нам не по 20 лет. Мы сформированы. Мы, конечно же, не на ладони друг у друга. Но поведенческий стиль хорошо мне известного взрослого человека не за семью замками. Не понимаю…

    Источник: страница Елены Вольгуст в Facebook.

    Лев Лурье, историк, краевед и журналист:

    - Дима совершенно блистательно писал. Нравились его острые заметки на разные темы под псевдонимом Авдотья Глинка. Это такой замечательный жанр, когда автор немедленно с полоборота чувствует пошлость. Он делал так, что любая театральная или литературная потуга на интеллектуальность, любая глупость сразу была бы видна читателю. Это было и познавательно, и чрезвычайно популярно. Димка выступал в качестве санитара леса. Никто из режиссеров просто не мог позволить себе поставить что-нибудь халтурное, претенциозное, так как понимали, что будут высечены Димой так, что мало не покажется. Фигуры, подобной Диме, в городе нет.

    Источник: «Росбалт».

    Дмитрий Губин, журналист:

    - <…> Дима Циликин был дитем питерских конца 1980х - начала 1990-х, когда вечно блуждающая ось мировой культуры переместилась в голодную разрушающуюся Северную столицу, сквозь трещины в которой бурно и буйно начало расти все, что было способно к радостному танцу свободы, - полная противоположность и 1920-м, мандельштамовской траве забвения, и 2000-м, путинской сытой серости. <…>

    Циликин продолжал работать на вымирающие понемногу газеты, писал театральные рецензии с подробным пересказом сюжета, пару раз выступал резонерски в дискуссиях с тем подтекстом, что кто в Петербурге не родился, тому петербуржцем не стать.

    Я же говорю: время ушло далеко, а Циликин уходить не захотел или не смог.

    Но этот мальчишка, черт побери, вписал свои золотые слова, заголовки, идеи в тот век! Сделал свои па, повороты, пируэты в том безумном карнавале эпохи. Успел, станцевал свой танец, - и пусть живые завидуют ему, мертвому.

    Вечной памяти ему не будет, потому что вечной памяти не бывает, но он успел причаститься той эпохи и успел причастить других, и за то одно мной навсегда любим.

    Источник: блог Дмитрия Губина в LiveJournal.

    Аркадий Дунаев, креативный продюсер телеканала «Теледом»:

    - <…> Я помню Дмитрия году в 90-м - когда, еще «молодым» актером Театра Комедии он прошел конкурс на одного из ведущих дурацкой викторины «Шоу-шанс» на ЛенТВ - где надо было красиво рассказывать о железяках фирмы Филипс. Конечно, он был среди длинноногих девок и мальчиков-мажоров настоящей звездой - и только Диме режиссер Борис Гершт доверил в прямом эфире называть правильные ответы на вопросы. <…>

    Потом Дима стал журналистом - и, честно, меня это не очень удивило. «Час Пик» Натальи Сергеевны тогда привечал множество талантов без журналистских корочек. <…>

    ...Дальше - закрылся «ЧП». Как написал по похожему случаю тогда еще журналист А.П.Чехов - «подавился равнодушием публики» (что нелестно характеризует как раз публику - а не приличную газету). Дима писал в «Росбалте» - иногда я его колонки читал. Как всегда - иронично, чуть отстраненно, но все - по сути. Хотел пригласить к себе в эфир - были планы к закрытию сезона поговорить о том о сем с беспристрастным, но компетентным наблюдателем. Не судьба.

    ...И еще. Давайте, дорогие коллеги, не будем в публичном пространстве строить какие-то версии. Пусть этим занимается МВД. Просто помянем хорошего человека и отличного журналиста.

    Нам всем будет его не хватать. Светлая память.

    Источник: страница Аркадия Дунаева в Facebook.

    Людмила Фомичева, председатель Союза журналистов Санкт-Петербурга и Ленинградской области:

    - Это большая трагедия для всего журналистского сообщества, потому что это был очень известный, великолепный журналист, который писал на тему культуры, искусства. Его знали все театралы, музейщики.

    Он был очень доброжелательный, веселый, действительно профессиональный журналист.

    Источник: РИА «Новости».

    Наталия Черкесова, руководитель информационного агентства "Росбалт":

    - Очень живой, многословный, какой-то легкий, даже легкомысленный. Сразу стало понятно, что это талантливый, чувствующий слово человек. Мы пригласили его в газету («Час пик» - прим. редакции). Дима быстро набирался опыта и стал одним из самых ярких журналистов Петербурга.

    Дмитрий был не только ярким театральным критиком, но и оригинальным эссеистом, точным и честным описателен нравов. Он очень много работал. У него было столько планов! Так трагично и горько, что оборвалась Димина жизнь.

    Источник: «Интерфакс Северо-Запад».

    Федор Гаврилов, журналист:

    - «Ночь на Пятом», архив выпусков Димы Циликина. Отличные собеседники, чудные разговоры и - пересмотрел несколько – совершенно не устаревшие. Всякий, кто искал ведущих на ТВ, знает проблему – профессиональным журналистам есть что спросить и сказать, но нет формы, у профессиональных актеров все окей с формой, но нет ни вопросов, ни интереса к ответам. Дима, в силу синтетического опыта, в модерации своей был безупречен. Как журналист, всегда был готов к интервью – как актер, всегда хоть немного, но волновался. Нельзя не заслушаться его дикцией – и в прямом, и расширительном смысле слова.

    Источник: страница Фёдора Гаврилова в Facebook.

    Даниил Коцюбинский, историк, журналист:

    - <…> Хотя он и ушёл, в конце концов, со сцены и полностью переключился на журналистику, Дима был, прежде всего, артистом. Экспрессивным и ироничным. Любой его рассказ всегда был прелестным «театром одного актера», и в его текстах всегда угадывались мимика, жесты и подчёркнуто интонированный голос автора.

    Но Дмитрий Циликин, разумеется, был не просто талантливым актером. У него была страстная душа публициста. Он всё время сражался с тем, что считал злом, стремясь защитить то, что было ему дорого – Свободу, Любовь, Искусство, Словесность, Город… Он отнюдь не был замкнут в своих «парнасских эмпиреях». О политике мы говорили едва ли не чаще, чем о культуре. Дима активно поддерживал самые отчаянные гражданские инициативы. Мы вместе были в «Петербургской линии», которая объединила в 2003 году городских журналистов, попытавшихся бросить вызов Кремлю, который вознамерился тогда отобрать – и в итоге отобрал – у петербуржцев право на свободный выбор собственной власти…

    И при всём этом Дмитрий Циликин был одним из лучших знатоков и умельцев своего высокого ремесла. Жанр арт-критики вообще – один из самых сложных в журналистике, так как существует поперёк суровой максимы: «О вкусах не спорят!» А Циликин – спорил. И доказывал. Ибо умел то, что сам для себя положил главным приёмом: «Обольстить читателя!». Обольстить изысканным стилем, парадоксальной мыслью, глубокой эрудицией, искренностью, но главное, – авторской неравнодушностью. Брезгливой удалённостью от постмодернистских кривляний и самолюбований. Честным служением не только Красоте, но и Добру…<…>

    Источник: «Фонтанка.ру».

    Юлия Яковлева, писатель:

    - Поверить в эту новость невозможно. Писать о Диме? – да, но к Диминому юбилею, к его 70, допустим, годам. Что он будет делать в старости, мне кажется, он сам прекрасно представлял уже и двадцать лет назад: возиться со способными сопляками, он это предвкушал – быть сэнсеем. И он уже тогда понемногу тренировался. На мне, например. Время свое, знания, внимание, слух на слово – всё это он тратил очень щедро. И он требовал взамен многое. Как будто это вовсе и не газета, в которую завтра завернут селедку, а потом обеих выбросят. Он не тексты сдавал – он учил. Очаровывал, острил, ронял, как полагается, сомнения в младые души, – да, из него вышел бы фантастический профессор! Обожаемый студентами, легендарный. Иногда хвалил. Иногда орал: «Что Вы сказали? (В его жизненном проекте, как он это себе задумал, к ученикам следовало обращаться, конечно, только на Вы). Всё, что Вам позволено здесь говорить это «Да, господин учитель», «Нет, господин учитель» и «Идите на ..., господин учитель «Всё! ». На часах был поздний вечер, в Димином компьютере висела моя статья про балет, мы медленно ползли от фразы к фразе, а на крик в дверь просовывала голову Лена Вольгуст: «А, вы еще работаете? А я уже пойду». Это была такая постоянная пьеса, с небольшими вариациями. Он ее всякий день играл с большим удовольствием. «Господина учителя» я обожала, как только способен когда тебе 16-17. ...Димочка, как вас будет не хватать!

    Источник: «Фонтанка.ру».

    Елена Черемных, музыкальный критик:

    - Летом можно было бы отмечать двадцать лет нашего знакомства. Случилось оно в Костомукше на фестивале Леши Гориболя. Пяти дней общения хватило, чтобы, вернувшись в Москву, я тут же купила билеты в Питер и помчалась к Циликину. Наутро была им ругана, за то, что явилась «не с пустыми руками, а со своим карбонадом» и что часа полтора где-то «шлялась»: Дима умудрился навести справки о времени прибытия моего поезда и высчитать маршрут от вокзала до квартиры.

    Петербургским знакомым и друзьям я «передавалась» Димой, как масонская реликвия. Звонит Анечке Киприяновой и учтиво сообщает: «К вам едет московская гостья, доберется, вероятно, минут через сорок, но ввиду некоторой непредсказуемости этой идиотки все-таки дайте мне знать, когда она к вам взойдет». В квартиру на Галерной действительно можно было только «взойти». В тот приезд мне вообще повезло: Дима, Анечка, Леня, Шура, Аркаша.

    Леша Гориболь протащил в Мариинку на звезд Парижской оперы, – об этом была моя самая первая заметка в Коммерсанте, подписанная «соб. инф.». А Дима предложил написать в «Час пик», где он заведовал отделом культуры, о праздновании какой-то круглой даты Москвы. Написала от имени Леонида Обложкина. Дальше все непонятно: звонит Циликин, говорит, что текст, за который начислили премию в виде тройного гонорара, висит на доске почета ЧП вот уже вторую неделю, и что он мне заказывает второй текст. Потом был третий и последний: я уже устроилась «девочкой» в отдел культуры «Коммерсанта», а ЧП вскоре закрыли.

    Будучи Отцом в профессии – в моем случае буквально, – Дима с упорством, достойным лучшего применения, набивался в приемные сыновья. «Буду братиком вашему Васе, – чем плохо?». Но познакомиться ему случилось с другим моим сыном. – Два года назад экспертами «Золотой маски» встретились на мюзикле «Русалочка», куда я и Сашку прихватила. Возвращались, болтали, Сашке было торжественно объявлено: вот, мол, приемный брат. Вчера спросила Сашку: «Помнишь приемного брата?». – Парень заулыбался.

    Источник: «Фонтанка.ру».

    Петр Поспелов, музыкальный критик:

    - Он был сознательное дитя Петербурга, его грации, его балетной традиции. Он жил один в новостройке далеко за Озерками, в его квартире были чистота, цветы, салаты к ужину, ирония и терпение. Реплика в быту, любое его письмо становились театральным и литературным произведением. Не следуя стилю ныне принятой переписки, он начинал деловое письмо витиеватым обращением: «О лилейнораменный Петр!» или: «О Петр, стегна твои из мрамора, выя твоя из порфира! А у нас тут, типа, сезоны открываются… Мало нам Русалки (кстати, хорошо бы знать, сварганить ее 26-го или позже)…» и коронное: «Петя, спешу обрадовать: собрался на «Ромео и Джульетту» Дуато в Михайловском театре – и тут обнаружилось, что я там нон, типа, грата. На спектакль, разумеется, проник (не первый день подвизаюсь в этой профессии), но, однако ж, каков наш Вован!» (художественный руководитель Михайловского театра Владимир Кехман. – Прим.ред). Он чувствовал меру вещей, и для любой из них хранил меру слов. А еще я помню «Мясной орех», когда мы ехали в такси по виадуку – но этого не передашь. Каждый из нас запомнит Димочку, каким его знал. Я ему благодарен и не стыжусь слез. Прощайте, Димочка..

    Источник: «Фонтанка.ру».

    Марина Дмитриевская, главный редактор «Петербургского театрального журнала», театральный критик:

    - Пожалуй, любовь к слову была главной любовью Димы Циликина на этом свете. Он любил, мне кажется, не столько даже сам театр, сколько точное, аккуратное словесное выражение того, что в театре происходило.

    Источник: РИА «Новости».

    Источник: Lenizdat.Ru

Статьи по теме

  • Завершено расследование убийства журналиста Циликина

    Новое сообщение

    Чтобы добавить новое сообщение, заполните поля нижеследующей формы

    Ваше имя:

    Ваш E-Mail:

    Сообщение: *

    Введите код указанный на картинке: *
    KEYCODE


  • поиск